20:52 

На том берегу

Hollyhock God
«You laughed!» «No, that was just an involuntary snort... of... fondness!»
Ох, вчера был престранный день, доложу я вам, и не менее престранная ночь, полная двенадцатичасового сна. Вчерашнее увольнение сыграло со мной много шуток, злых и добрых, но зато я закончила редактуру великолепного пролога Nobilis, доказав самой себе, что художественные тексты переводить тоже могу. Наслаждайтесь, мои дорогие. Как обычно, буду рада вашим исправлениям.


На том берегу

































































































































Под утёсами, возле трухлявых брёвен, на границе между песком и морем происходит нечто невероятное. Над водой появился человек. Его лицо безупречно. Глаза его закрыты. И всё-таки он смотрит на меня.
     «Хочу напугать тебя», — говорит он. Его рука приближается. Рвы и ямы разверзаются на песке. Берег подо мной трясётся и проседает.
     Запах моря исчез. Волны бьются о берег, но я ничего не слышу.
     Надо бежать. Не смею. Надо сказать ему, что я всего лишь обыкновенный человек.
     «Хочу, чтобы ты понял, что мы можем причинить тебе боль, когда пожелаем».
     Мой язык разжижается. Кровь хлещет в горло.
     «Если у меня будет время, я убью тебя».
     И тут что-то меняется.
     Чудо проносится сквозь меня подобно стремительному приливу, и я падаю на колени. В это мгновение я ощущаю лишь этот прилив, понимаю лишь прилив, думаю лишь о приливе. Есть лишь приливы и отливы перемен, омывающие мою душу.
     До сих пор я не понимал всей красоты водного потока. Но теперь все радости и печали моей жизни блекнут перед осознанием этой красоты. Поток звучит громче колокола и сверкает ярче солнца. Красивый, как само море, но куда ненасытнее моря.
     Руки опускаются на песок, смолу и ракушки. Мысли снуют туда-сюда, то созерцая то, что было мне дано, то прорываясь вдаль. Боюсь, что отлив поглотит меня, потащит меня за собой, вывернет наизнанку и оставит в себе до конца моих дней.
     И тут поток окреп и коснулся последних неизменённых частиц моей сущности.
     Меня тошнит, рвёт морской водой. В ней попадаются частицы водорослей. Тот человек идёт ко мне, но теперь он держит пистолет. Не представляю, зачем он ему. Хочу жить — но мне трудно сосредоточиться на этом желании.
     По всему миру разговаривают люди. Сигналят автомобили. Все шумят, сотрясая воздух. Я не могу их слышать, но знаю о них. Знаю всех и вся в их взлётах и падениях. Знаю рёв этого моря и плеск вод каждого озера.
     Руки обессилели и не могут больше служить мне опорой. Ноги озябли. Голова раскалывается.
     Но мне не нужны руки, ноги или голова. Нужно лишь заглянуть в свою душу, и у меня будут бесчисленные тела. Я могу оседлать молнию и станцевать под мелодию фуги. Все волны, омывающие мир — мои; но чудо не остановилось на этом. Они — это я.
     Теперь я нежно люблю их. Я стал... не могу подобрать нужного слова. Я стал и сущностью, и сутью, и духом волны. Не могу представить себе более значительного домена; я не предпочёл бы ему ни Время, ни Любовь, ни саму вселенную. Все волны, омывающие мир — мои.
     Пистолет выстрелил.
     Теперь я живу в нотах юного флейтиста, каждая их которых обладает своим неповторимым звучанием. За этими звуками слышится куда более серьёзная музыка.
     Удивительно. Все эти годы вселенная кричала мне о своих тайнах и истинах, а я просто не слышал. Я не стал предъявлять права на эту музыку; это превосходило и мои новые возможности. Я просто открыл своё сердце и начал слушать.
     Пять напевов, гармоничных и дисгармоничных. С высоты льётся Небесная истина. Слышу, как ангелы поют о справедливости, красоте и благоговении. Эта песня не объясняла ни выстрел, ни того, ранен ли я. «Тебе следует набраться сил, чтобы найти ответ самостоятельно, — сказала песня, — ведь если ты не можешь служить справедливости, то какой в тебе прок?»
     Из глубин вскипает песня Преисподней. Грубый рефрен песнопения падших рассказывает о страдании, о порочности и о силе. «Ты лежишь на берегу, беспомощный, а рядом с тобой смертельный враг, — уверяет меня песня, — и мы — тот ответ, которого ты жаждешь. Служи страданию, и не страшись страдания. Служи порочности, и возрадуйся своему падению.» Оно показалось мне нелепым, это мелкое искушение; но вдруг к хору присоединился сильный голос. Тут интуиция, говорящая мне о песке подо мной, поведала о наводящей ужас подоплёке их речей.
     Я услышал Вольный зов, зов свободы и безумия. Неумолимая, неумолкающая, песнь Воли зовёт за пределы нашего мира, не позволяя обратиться к присущим ему истинам. «Тебе нужен только ты сам», — говорит она. И бесконечный прибой, звучащий в моём сердце, с ней согласен.
     Два напева берут своё начало в людях: один светлый, другой тёмный, один проповедует спасение человечества, другой — его конец. Я отвергаю их. Я нашёл свою истину.
     Пуля пробила мне голову.
     На мгновение я ощутил ослепляющую боль. Потом её поглотил поднявшийся прибой. Рывком я встал на ноги.
     «Что ты?» — спросил я его. Он снова выстрелил; на этот раз я легко уклонился. «Что я?»
     «Я причина всех вещей, — ответил он. — Я Омега, предел твоего существования. Предел любого существования. Для этого мне достаточно протянуть руку.»
     Волна вздымалась, добравшись до заводи у берега. И тут же растаяла, превратившись в спокойную воду. Я нутром почувствовал её смерть, страшную смерть, и мой желудок содрогнулся. Следующая волна умерла, и волна за ней, как кости домино. Море неловко изогнулось, мучительно переживая пределы своей досягаемости.
     «Хочу, чтобы ты знал, что это у тебя в крови. Хочу, чтобы ты понял, что не можешь бороться с нами. Поэтому я пришёл и причинил тебе боль.»
     На некоторое время я поверил ему. «У меня снова есть язык, — говорю я, — а твоя пуля меня не убила.»
     Он открыл глаза, чёрные как ночь. Я вижу в них падающую звезду. «Странно, — сказал он, — что людям нужно лишь почувствовать силу, для того чтобы стать заносчивыми. Ты вошёл в мир вещей более значительных, чем те, что ты можешь вообразить, и теперь ты говоришь пренебрежительно.»
     Я покачнулся.
     Он убрал пистолет. «Ты привязан ко многим вещам, — проговорил он. — Помни, когда придёт время иметь с нами дело, что они не бессмертны.»
     Я подумал о вещах, которые люблю. Они взывали ко мне, но куда тише, чем волны. Я залил водой эту любовь, утопил в своём сердце, и всё же она выскочила на поверхность: друзья, семья, моя родина, мои дела.
     «Я буду делать то, что мне следует делать», — заверил я его. Не вполне понимаю, что меня ждёт, только вот угрозы меня не отпугнут.
     Его лицо помрачнело, и он ушёл.
     Я снова взглянул на океан. Пелена упала с моих глаз, или пала на них, не знаю. Я понимаю великих и могучих духов вод и светлые истины в сердцах чаек. Слышу бессмысленное бормотание песчинок и вижу одухотворённое лицо каждой волны, разбивающейся о берег.
     Я потянулся и схватил юную, сверкающую волну, созданную мгновение назад узорами моря. Я держу её в руке, и она успокоилась, ожидая моих приказов. И сказал ей, понимая по мере того, как говорил, что это самая поразительная вещь на свете: "Я знаю твоё имя".


Оригинал.

@темы: Nobilis, Сила Посредственных Переводов

URL
Комментарии
2010-06-19 в 23:34 

Сличать с переводом лень, лично я косяков не обнаружил. Какбэ хвалю. Вы большой молодец!

2010-06-19 в 23:37 

Hollyhock God
«You laughed!» «No, that was just an involuntary snort... of... fondness!»
Domus caelestis nonus, вычитка и редактура творят чудеса :vv:

URL
2010-06-22 в 09:53 

Как я уже говорил - здорово, чтение затягивает. Жаль, мало )

2014-11-16 в 16:38 

Оооо, вы переводите Нобилис? Я вот тихонько пытал третью редакцию в той мере, в которая необходима игрокам чтобы, но как-то бросил на пол-пути. :->

А вы водите и если да, то где и как?

Xanoxt

URL
     

Святилище Бога Штокрозы

главная